Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
18:47 

Новогоднее для Сар-Литы

Соколенок Дианель
Если человек уверен, что сделал все правильно, это часто доказывает обратное
Про Зехира. Сар-Лита, спешали фор!

Жанр: романс, ангст.
Пейринг: Зехир/Илайя, НЖП, НМП.
Саммари: Илайя выходит замуж за Зехира со всеми вытекающими.
Ровно 6789 слов

Кабинет Раилага всегда был наполнен темно-фиолетовыми тонами, и Зехир чувствовал себя в нем, мягко скажем, неуютно. А особенно неуютно, учитывая ту причину, из-за которой он оказался в вышеуказанном кабинете. А причина была такова: после победы над демонами над Асханом нависла необходимость прочных союзов: как экономических, так и политических. И, как правило, такие союзы надлежало скреплять свадьбами. Сам Раилаг этой необходимости рад был чрезвычайно, и, сославшись на все ту же необходимость, взял себе не особо сопротивлявшуюся тому Изабель в жены, и поживал себе относительно спокойно. Таким образом, был заключен союз между Империей и кланами. Готай отдал одному из имперских лордов свою дочь, Ильфина вышла за Соргалла, а Валерия уехала в Ироллан с Файдаэном, и, кажется, была с эльфом счастлива. Настал черед заключения союза между Игг-Шайлом и Серебряной Лигой. И подходящая невеста была найдена, и быстро – Илайя. Именно для этого и явился в темный замок Раилага весело улыбающийся маг.
И вот сейчас этот маг мерил комнату друга шагами и изредка нервно вскидывал на друга глаза.
- А если она будет против?
Раилаг скрестил руки на груди:
- Уж не волнуйся. Она не будет. Она все прекрасно понимает. А если будет против – то я с ней поговорю.
- Не дави, Раилаг. Переезд в другую страну, низвержение ее статуса как девушки… Это ужасный удар.
- Зехир! – чернокнижник смеялся, - ты так ничего и не понял? Она готова ко всему. Она моя хранительница закона, и ради страны на такие небольшие жертвы она пойти способна.
Дверь скрипнула, и в комнату тихо вошла Илайя. Два мужчины повернулись к ней, один из которых смеялся, а второй с интересом разглядывал ее лицо и невольно восхищался выражению стойкости на нем.
- В самом деле, Зехир. Я все прекрасно понимаю. И замуж выйти за тебя готова. Объявляю о том перед лицом Малассы и Сар-Илама!
***
Свадьба роскошной быть не обещала, и Илайя, не собиравшаяся выходить замуж вовсе, совсем не была огорчена по этому поводу. Неважно, что случится с ней, но Игг-Шайл должен быть в безопасности. И Маласса ей поможет, она не может оставить свою жрицу в чужой стране. Почему-то Илайя была уверена, что Лига родной ей не станет, особенно учитывая то, что она слышала об отношении в том краю к женщинам.
- Надеюсь, ты понимаешь, на что ты идешь, - раздался голос от двери.
Эльфийка быстро оглянулась – у двери, облокотившись на темное, почти черное, дерево стояла Изабель и озорно глядела на серебряноволосую девушку. Ее кожа в неясном свете кристаллов казалась почти прозрачной, а точеная фигура – мраморной статуей, подходившей по стилю ко всему интерьеру в комнате Илайе, прекрасно гармонируя с фиолетовыми кристаллами, заменяющими светильники, темным деревом мебели и оружию на стенах. Одеть бы ее в ритуальные одежды…
- Присаживайся, Изабель, - жестом указала Илайя на заправленную постель. – Так от чего ты хочешь меня предостеречь?
- Брак – это часто сложно….
- Изабель, только не вынуждай меня думать, что ты с Вождем несчастна, - темная человеческая рука скользнула в бледную эльфийскую.
- Я счастлива, но не все, к примеру, моя мать, были, - руки сплетаются… Да, Илайе было трудно признать, но эта девушка стала для нее подругой, если не больше… Эльфийка слишком ценила Изабель, хоть и понимала, что это глупо.
Руки расплелись.
- Ты ведь понимаешь, что я выхожу замуж исключительно для страны. Я жрица Малассы, а мы можем выйти замуж, только если это будет необходимо. Мое личное счастье здесь не имеет никакого значения. Я прекрасно знаю, что для тебя имеет значение слово «хочу». Для меня – слово «надо».
- Понимаю… просто…
- Никаких просто, Изабель! Не отговаривай меня. Я знаю, для чего все.
Илайя отвернулась, силясь скрыть предательскую бледность. Да, она боялась, да, не хотела. Но какая разница?
- Извини, Илайя, - тихо скрипнула дверь.
Илайя осталась совсем одна, если не считать Малассы, которая всегда была с ней. Вот только сейчас жрица ее не чувствовала… Не чувствовала… Почему? Неужели дракон оставила жрицу? Хотелось закрыться от всего мира, но вместо этого завтра Илайя будет должна официально заявить о своем «закрепощении». Другой Бог-дракон – чем не закрепощение? Эльфийка сжала кулак и крикнула:
- Тэнара! – так звали мгновенно прибежавшую темноволосую жрицу, подругу и прислугу Илайи. – Готов ли свадебный костюм?
- Да, Жрица…
***
- Удачи, Зехир. Ты берешь мою жрицу в жены, но не вынуждай меня однажды прислать гонца, чтобы узнать, как она.
- Я понял, - ответил Зехир, смотря на отражение Раилага в зеркале, отражавшем так же его и его парадные одежды.
- Чудно выглядишь.
- Спасибо, друг.
***
Илайя не сопротивлялась, да Зехир и не ожидал от нее сопротивления. Она спокойно произнесла необходимые слова, не выдавая ничем ни волнения, ни отвращения, ни страха – ничего. Она была спокойна, даже более чем. И Зехир невольно чувствовал себя если не предателем и вором, то нарушителем какого-то закона, которому жрица следовала беспрекословно. «Она все понимает», - всплыли в памяти слова Раилага. Да, но простить себя Зехир мог с трудом. Почему? Он сам не понимал.
Праздник был в самом разгаре, а невеста и не притронулась к еде, хотя и казалась вежливо-веселой. Она сидела за столом темного дерева, но ее серебряная миска была пуста. Маги серебряной лиги улыбались и всячески веселились, темные эльфы смотрели на них с некой грациозной подозрительностью, но все равно были веселы и спокойны. Во всяком случае, они не ждали никаких скрытых ловушек или нападений, а это уже плюс. Чтобы темные эльфы были спокойны! Да ни в жизнь!
- Илайя…
- М?
- Ты не ешь…
- Мне не хочется, юный Зехир.
- Илайя, не так уж я и юн.
- По сравнению со мной юн.
Зехир не сказал ничего, просто вывел ее в зал для танца.
***
Илайя и Зехир стояли у небольшого портала под взглядами многих глаз. Раилаг, Изабель, Иранна… такие родные и любимые ей существа, хоть она никогда этого и не показывала. Илайя смотрела прямо перед собой, не встречаясь взглядами ни с кем. Из всех с ней в Лигу поедет только верная Тэнара, стоявшая рядом. Проклятье! О чем она думает? О чем? Она же не в бой идет, а только будет жить в другой стране… И все. Так почему ей страшно? Так не должно быть. Всего лишь замужество. Всего лишь правительница другой страны. Всего лишь другая страна. Всего лишь другая вера.
***
Илайя невольно сравнивала Лигу и Игг-Шайл. Не в пользу Лиги. Яркий свет, плясавший на куполах башен, отражался от них и бил в глаза. Такое чувство, словно их режут ножами. Острыми, как темноэльфийские клинки, родные, ритуальные… Рядом тихо простонала Тэнара. Илайя обернулась – жрица держалась за глаза. Конечно же… Илайя уже была на поверхности, ее глаза хоть как-то смогли адаптироваться, а Тэнара впервые видит свет.
- Тэнара…
- Простите, жрица… Я не… - темноволосая еле сдерживает боль.
- Вставай! – Илайя хватает ее за локоть и поднимает. Никакой слабости, никакого бессилия. Их смысл жизни.
- Илайя, - на плечо опускается рука. Конечно, новоиспеченный муж! – не надо.
Маг бережно приподнял Тэнару и мягко провел ладонью перед ее глазами. Та тихо застонала и недоуменно захлопала глазами. Илайя внимательно посмотрела на нее: глаза вместо привычных красных стали карими, но эльфийка больше не щурилась. Зехир мягко развернул и саму Илайю.
- Тихо, будет немного больно, но потом станет хорошо, - прошептал пустынник и провел перед ее глазами ладонью.
От боли Илайя только поморщилась – бывало и хуже, но затем накатила теплая волна, и глаза перестали болеть… Какое облегчение!
- Ну вот, - маг улыбался.
Сгорела первая нить, связывающая Илайю и Игг-Шайл. Сколько их еще осталось?
***
Тяжелые портьеры, легкие занавески, запахи трав, витавшие кругом, постель с огромным бархатным балдахином, рабы с опахалами повсюду… Илайя не привыкла к этому, да и не хотела привыкать. Но придется. Она теперь жена первого в круге, а это накладывает определенные обязательства. Тэнары, как и Зехира, рядом не было, Илайя была в пестрой, пышной, давящей комнате совсем одна… Придется привыкать и к одиночеству.
Дверь тихо скрипнула.
- Жрица, - некто в пестром одеянии, с опущенной головой в красном платке стоял, вернее, стояла, у двери.
- Кто ты? – Илайя положила руку на эфес кижала, который всегда носила с собой.
- Не хватайтесь за кинжал, жрица. Это я, Тэнара.
Илайя не поверила своим ушам. Это нечто в пестрых одеждах – это ЕЕ жрица Тэнара, которая была с ней, когда пришлось удерживать Игг-Шайл в узде во время пещерных разборок?
- Маласса, что они с тобой сделали?
- Вы о тряпках? Жрица… - Тэнара опустила взгляд на пестро расшитый ковер.
- Зови меня Илайя. Раз уж мы здесь с тобой из другой страны…
- Илайя, у них принято, что девушка не имеет права поднять глаз на мужчину… Я видела девушек, рабынь, они бесправны и слабы.
- Это же рабыни, - Илайя медленно опустилась в кресло.
- Нет. При дворе только мужчины. У нас женщины – да, но у нас есть и мужчины – полководцы, вожди. Взять хотя бы Вождя Раилага. А здесь только мужчины… Я не видела ни одну женщину при дворе. Меня сразу схватили, отвели и заставили переодеться в это… Пробиться к вам я смогла только устроив скандал и то... Меня не пускали. Илайя, эта страна варваров, они совсем на темных братьев не похожи! Видно, что они безбожники! Безбожники, - это слово Тэнара словно выплюнула, стукнув кулаком по дверному косяку.
- Тэнара. Успокойся. Сейчас же, - Илайя цедила слова по ложке, - не забывай наши обеты. Быть сильными. Или в тебя проникла женская трусость и мягкость? Тогда неудивительно, что ты одета в тряпки, которые носит женщина бесправная и слабая. Вспомни, чья ты жрица.
- Извините, Илайя, позвольте мне удалиться, - рука Тэнары схватилась за первую попавшуюся занавеску. Синюю.
- Хорошо. Иди.
И Илайя снова осталась совсем одна.
***
Илайе не понравилась Лига, и Зехир это видел, как эльфийка ни пыталась скрывать свое неприятие позолоченной посуды, роскошной мебели и поклонов рабов. Зехир не сомневался, что так все будет. Он понимал, что его жене необходимо время, чтобы привыкнуть. Ведь они не первые – дочь Готая тоже с трудом привыкала к Империи, а Ильфина боялась находиться в Игг-Шайле. А Илайя сильная, она справится. Зехир пытался себя в этом убедить. В любом случае, Зехир поможет ей. Она же друг, товарищ по оружию, она тоже видела все победы и поражения. И к Лиге привыкнет. Она сможет.
Она сидит у окна, смотрит на звезды. Лунный свет играет на ее волосах… Красиво, красивая… Солнце ей не нравилось, но в свете звезд она прекрасна. Зехир улыбнулся – пусть у его жены характер тот еще, но ее красоту не заметить невозможно. Она кажется статуей в большой комнате, залитой лунным светом, который отражается в золотых чашах, наполненных сладким вином, на ножках стола, на котором стоят чаши и вазы с фруктами…
- Нравятся звезды? – негромкие слова кажутся криками. Илайя вздрагивает, заставляя Зехира ухмыльнуться ее кошачьей грации.
- Они красивее, чем солнце. Серебро всегда лучше золота.
Зехир быстро посмотрел на золотые магические браслеты и кольца.
- Золото дороже. И ценнее. И оно обладает большими свойствами, чем серебро.
- Да, но его любят напыщенные дети.
- Мне обижаться?
- Не стоит, - она отвернулась от окна и посмотрела на него. Да, фиолетовые глаза ей идут много больше, чем приобретенные голубые. – Золото всегда есть там, где рабство. В Игг-Шайле больше всего золота именно у тех, у кого больше всего рабов. Те, кто верит в Малассу, любят серебро.
- Ты большой противник рабства? У вас оно повсюду… - она фыркнула и снова отвернулась.
- Мы поработили тех, кого победили в битве. Мы не порабощаем своих же! Ты никогда не встретишь темного эльфа-раба. А я уже видела у вас женщин-рабынь. Ваших женщин, - Зехир легко дотронулся до ее плеча, но она сбросила руку. – Их могут убить, как и всякого раба. Мы не убиваем наших рабов. У нас не принято. Только если это демонопоклонники. Мы понимаем, что в этом нет смысла. А у вас…
- Это традиции нашей жизни, Илайя.
- Предлагаешь мне тоже стать рабыней? – маг так и видел, как скривилось ее лицо.
Так вот оно что… Зехир едва хмыкнул. Вообще, подчиненное положение женщин и рабов она заметила правильно. Зехир и сам планировал что-то с этим сделать, но времени не хватало. Нет уж. Сначала войны, потом рабы. Но как она могла подумать, что он позволит ей стать рабыней?
- Нет, разумеется. Ты мой боевой товарищ, мой друг, с которым мы сражались спина к спине. Ты правда думаешь, что я допущу это? Ты помогла нам пережить весь ужас террора Биары, ты нашла Вождя, ты была среди тех, кто отбил гномью столицу и среди тех, кто помог свергнуть Биару. Я не позволю. Илайя…
- Спасибо, маг.
- Эй, зови меня просто Зехир.
- Зехир… - она прижалась лбом к стеклу, а юноша аккуратно ее обнял. Ее ладонь опустилась на гладкую поверхность, и по нему начала разливаться тонкая водная пленка, которая тут же застывала, но не покрывалась льдом.
- Красиво, Илайя… - прошептал маг ей в волосы.
- Почему она не замерзает? – прошептала эльфийка, и юноша почувствовал, что она боится.
- Не используй волну Аркана. Так, кажется, называется эта ваша штучка? – Зехир пытался подобрать нужное слово этой способности эльфов усиливать заклинания, но не получалось. – Лига не терпит другой магии в ее стенах. Если, конечно, это не эксперименты.
- Не использовать мою магию? – она отвела руку назад, цепляясь за шею Зехира. А руки у нее такие тонкие… И двигалась она как во сне.
- Увы. Илайя… - но она не дала ему продолжить мягким поцелуем.
***
Не использовать свою магию. Вторая сгоревшая нить…
***
- Тэнара, ты отвезешь это письмо Вождю. Ответ привезешь мне уже в виде Тэниара, посла темных эльфов. Ясно?
Илайя уже поняла, что ей нужна дееспособная союзница в этой психически нездоровой стране. Раз уж женщина в Лиге была вне прав и привилегий, а мужчины владели всей страной, то уж лучше ей иметь союзника-мужчину. И пусть лучше уж это будет верная, испытанная и знакомая ей Тэнара.
Письмо Раилагу составилось необычайно легко. Илайя не хотела тревожить вождя по пустякам, поэтому ни слова о своих подозрениях сказано не было. Объяснить такую перемену в Тэнаре и необходимость отправления в Лигу посла «Тэниара» она тоже смогла: ведь сам Раилаг в стране, подобной Игг-Шайлу, предпочел бы женщину-посла. Здесь все было аналогично. Передала теплые слова для Изабель… Все. Можно отправлять.
- Хорошо, госпожа. Исполню все в точности, - короткий кивок. И никаких поклонов, никаких «О светлейшая». Все сухо, деловито, собранно.
- Удачи.
- Спасибо, Илайя.
***
А, может, Илайя была права? Половина страны была полностью отдана во власть другой половине… И выхода не было. Для половины страны, если не больше. Стоило только бросить взгляд за окно, везде рабы, рабы, рабы, рабы… Так, а это что? Тело?
- Нархиз? А что там происходит?
Нархиз – вот уж кто всегда был рядом – посмотрел.
- Раба убили. Мертвого волокут. Зехир, а чем дело?
Да, это не дело! Зехир закрыл глаза: в разум сразу хлынули картины поля битвы. Там тоже были трупы. Много. Маг помнил, как он пытался шутить после боя. Но получалось… мрачновато. Даже слишком мрачновато. Нет уж! Хватит уже! Не для того они войну выигрывали, чтобы население Лиги умерло от собственного же произвола. Значит, убийство рабов запретим, смертная казнь – только в крайних случаях, за убийство или государственную измену… А там и до чего, гляди, дойдет! До того, что власть выбирать будут. Смешно.
Юноша метнулся к столу, спешно готовя приказ и поправку в законодательство. Составив его в голове, он быстро переносил слова на бумагу, покусывая кончик пера. Слова лились, слагаясь в сухие, выверенные фразы законодательного акта. Готово! Зехир схватил лист, нетерпеливо дожидаясь, когда чернила высохнут. Все готово, правильно, никаких ошибок, никаких сомнений. И вся ответственность только на нем. Все-таки иногда быть самодержцем – это так утомительно…
- Ну и ну, - еле слышно пробормотал Нархиз, бросив взгляд на лист.
И пусть Круг только скажет что-то. Всем тогда достанется. Все-таки хорошо иногда быть самодержцем…
***
Жена Первого в Круге должна быть улыбчивой. Жена Первого в Круге должна быть нежной, послушной, мягкой, пунктуальной и… какой еще должна быть жена Первого в Круге? Часть этих правил Илайя составила сама, часть из них было легко заметить по традициям Лиги. Хорошо еще, что в первый же день Зехир показал ей библиотеку, где она могла сидеть часами и никто ее не беспокоил. Обложившись стопками книг, она сидела в мягком кресле и с наслаждением поглощала книжные строчки. Когда джинн, чьим полным и безграничным владением библиотека и являлась, увидел ее, он не обратил на эльфийку внимания, а когда она прошла дальше, он принес ей стопку дамских романов. На это Илайя даже не испепелила его, вспомнив о невозможности использовать родную и любимую волну Аркан, а взяла с дальних полок книги по истории Лиги, стратегии, магии и тактике. Хотя один из дамских романов, описывавший историю отношений Сайруса и Надии, привлек ее внимание. И она часами сидела с книгой в руке, окруженная запахами старых страниц, цветов и запахами древней магии. Библиотека в Лиге ей нравилась больше, чем в Игг-Шайле, пожалуй, это было единственное более приятное для нее место, чем в родных пещерах.
Илайя уже который час пыталась разобраться в устройстве маленьких артефактов, которые маги давали своим воинам, делая их более сильными. Какие там были чары, Маласса их побери? Ответ «сложные» не принимается. Ответ «особенные» тоже. Равно как и ответ «непонятные» или «дорогие». Что дорогие, это понятно – один Амулет высокого уровня мог неслабо опустошить казну!
- Что читаешь? – раздался над ее головой голос. Илайя подняла взгляд. Над ней стоял юнец с заносчивым выражением лица и довольно неприятной улыбкой. Неприятной лично для нее. Его улыбка была слишком сияющей, ласковой и красивой. От таких девушки млеют, но Илайя была воином и темным эльфом и не любила сладкого в любом виде. - Особенности тактики магов? Артефакты? А зачем тебе? Просвещаешься?
Как бы убрать его поскорее?
- Нет. Шпионю, - коварно улыбнулась Илайя. Ну же… От таких ее улыбок мужчины бегут и как можно быстрее…
- Смешно. Куда тебе? Ты же женщина!
- Хорошо, что ты не в моей стране это сказал.
- А ты откуда?
- Из Игг-Шайла, - улыбнулась Илайя. Ядовито так улыбнулась. Из-за этой улыбки даже Раилаг иногда называл ее «змеей».
- Темные эльфы! Оооо, - ударился в воспоминания юнец. Маласса, и как же его прогнать? – помню, когда я воевал против Биары – «Ты воевал? Нуну», - промелькнуло в голове Илайи, - мы видели там темных эльфиек с их плетками. Красоты неописуемой. Но к ним я бы не рискнул подойти. И как только ваши вожди с ними справляются? У них же нет понятия «подчинения» и «уважения», - «Аа, то есть мы не готовы в ноги бросаться. Интересно», - разговор переставал утомлять. Он веселил, - А что ты здесь делаешь? С поручением?
- О нет. Я жена Первого в Круге. Илайя, - хоть какая-то польза от этого титула! Забавно было смотреть, как у этого нахала вытянулось лицо, и он весь мелко задрожал. Что, боишься, юнец?
- Светлейшая… - он открывал и закрывал рот, словно рыба, вытащенная из воды.
- Я прощаю вам ваше незнание. Назовите свое имя.
- Н-нн- Низарихид.
- Хорошо. Доброго дня, - хмыкнула Илайя и вышла, гордо подняв голову.
***
- Первый в круге…
Зехир резко развернулся. Едва мерцал один из порталов в его кабинете – тот, что был связан с порталом в кабинете Раилага. Так, а это кто тогда? Лицо знакомое. Казалось, что это была служанка Илайи… Чем напоминал… Ее брат?
- Кто ты?
- Посол Вождя Игг-Шайла, Тэниар. У меня письмо к вам, Первый в круге…
- Зехир, - маг не терпел, когда его называли «Первым-в-круге».
Тэниар поклонился, вручая письмо.
«Уважаемый Зехир!
Хотя о чем я. Какой ты «Уважаемый», друг. Уважение в тебе и не терялось. Вернее, потерялось, и давно.
Надеюсь, что с твоей молодой женой все хорошо. Ты знаешь, что я дорожу своей жрицей и бывшей Хранительницей Закона. А если с ней что-то случится, то Изабель очень огорчится, а ее чувства я тоже ценю, как ты знаешь.
Как твоя жизнь? Слышал о «безумных» реформах, которые ты проводишь. Хотя, на мой взгляд, они весьма разумны. Признайся, что на них тебя жена подтолкнула. Илайя часто скрывала свои идеи о всеобщем благе, но то, что они есть, я знаю давно.
Ты ведь помнишь, что скоро День Рождения леди Изабель? Так вот, моя жена желает видеть и тебя, и Илайю на празднике. И если ты не придешь, я лично прибуду через портал и приведу тебя туда!
Твой друг,
Раилаг.»
***
- Госпожа.
Илайя обернулась. Тэнара! То есть, Тэниар! Знакомое лицо. А как скрылась, как вошла в роль. Держится прекрасно…
- У меня к тебе письмо, жрица. От нашего Вождя, Раилага.
Илайе показалось, что в комнате стало светлее. Немного, но светлее. Золото кругом перестало так давить на сознание, свет в окне стал ярче. Илайя вырвала у Тэниара письмо и, быстро вскрыв его, начала читать:
«Илайя!
Я уж и не думал, что получу от тебя письмо. Хотя был ему рад, должен признать. Рад слышать, что у тебя все хорошо и что ты привыкла к Лиге. Весьма быстро, должен заметить. Я начал волноваться, что ты поубиваешь всех.
Был удивлен, когда ты попросила прислать послом именно Тэнару, причем переодев в Тэниара. Но потом понял подоплеку.
Не думаю, что ты забыла о Дне рождения Изабель. И она хочет видеть на празднике тебя и Зехира. Так что не думай отказываться!
Раилаг и Изабель.»
Илайя улыбнулась строчкам. Наконец-то весточка от Вождя! И от Королевы! Они ее не забыли, а значит, если что-то случится, она сможет вернуться к Игг-Шайлу.
- Тэниар, рада видеть.
- Госпожа, - легкий поклон.
- Илайя, - улыбнулась жрица. Тэниар хохотнул.
- Вы уже второй человек, который просит меня называть его по имени. Первым был Зехир.
- Он же Первый в Круге. Ему положено.
Едва рассмевшиеся темных эльфийки стояли в комнате, откуда на мгновение исчезли все несчастья и проблемы. Как это хорошо – видеть родное лицо!
***
Прошло полгода, и Зехир не видел особых изменений в поведении Илайи. Нет, она привыкла к Лиге, да и постепенно вновь начинала играть свою роль советницы, к которой она привыкла у Раилага. И ее советы нередко оказывались выверенными и своевременными, хотя и толкали Зехира на путь правления, непривычный для Лиги. Да и для Игг-Шайла тоже. Интересно, у кого она набралась этих идей всеобщего равенства? У Раилага? Смешно, хотя возможно… У гномов или орков? Она могла посоветовать снизить срок сыска беглых рабов или попытаться начать производить амулеты в больших количествах, чем штучное, утверждая, что постановка их производства на поток позволит создавать много больше, чем смогут делать отдельные военачальники в своих замках, ведь они более стеснены в средствах, чем страна. Зехир послушался, и армия в итоге стала много сильнее. Она могла посоветовать покупать шахты, благо имперские лорды были готовы идти на компромисс, ведь Империи деньги «здесь и сейчас» нужны были больше, чем доход от шахт в будущем, которых у нее и так было немало. И шахты окупались… Постепенно страна выходила из кризиса, и Илайя все больше времени проводила в библиотеке, стараясь не замечать никого. Время от времени она подолгу говорила с Тэниаром, о чем – Зехир не знал. Да и знать не хотел. Его жена была улыбчивой, веселой и по-прежнему загадочной. Феномен, но она изменилась, совершенно не меняясь. Не обращая внимания на те взгляды, которые бросают на нее, Тэниара и самого Зехира, она рвалась принимать послов, активно участвовать в жизни страны. Казалось, что она находила в управлении страной некий приют, которого лишилась, уехав из Игг-Шайла. Единственное, чего она никогда себе не позволяла – открыть Зехиру или себе, что у нее на душе. Но у погрязшего в делах Зехира не было даже времени этим интересоваться. Внешне с ней все было хорошо – и его это устраивало!
Рассвет… Красиво, хотя у юного мага редко было время, чтобы им любоваться… Дела, дела, дела… Иногда хотелось тепла, но вряд ли государственные бумаги смогут его дать. Юноша улыбнулся мыслям. Илайя тоже… Нет, она исполняла все обязанности жены, но всегда держалась отстраненно, словно он был незнакомцем. Хотя почему он удивляется? У жриц только две любви – Дракон и страна. Маласса и Игг-Шайл. Ни Зехира, ни Лиги здесь не учитывалось. Наверное, составители кодекса жриц еще об его существовании не знали… Какая досада.
А она как всегда стояла у окна. Когда у нее изменились глаза, она полюбила смотреть на рассветы. И закаты. И звезды. Звезды и она, и сам Зехир любили больше всего. О чем она думала? Сам Зехир любил смотреть на звезды, обдумывая государственные реформы. О, Илам, что за чушь? Обдумывать реформы, смотря на звезды, как последний романтик! Смешно.
- О чем думаешь, Илайя? – маг мягко приобнял жену за талию.
- Знаешь, Зехир… Лига ведь уже выкарабкивается из кризиса…
- И откуда ты все знаешь? – усмешка в волосы.
- Раилаг тщательнее тебя защищал государственные манускрипты, - едва улыбаясь, она наклоняет голову, открывая Зехиру вид на заостренные ушки.
- Взять у него несколько уроков?
- Хочешь – возьми.
- Чему мне еще у него поучиться?
- Мм, сосредоточенности, - опять шутки мага разбиваются об ее серьезность, - концентрации… Сдержанности…
- По-твоему, я недостаточно сдержан? – мягко поцеловал ее шею.
- В государственных вопросах – нет, - она заводит назад изящную руку, лаская его волосы.
- А сейчас – государственный вопрос?
- Вопрос снижения налогов на моей памяти всегда был государственным, разве нет? – полуутвердительный вопрос. Зехир фыркает.
- Этот вопрос я учту. А вопрос обольстительной жены Первого в Круге? Он государственный?
- Не знаю. С одной стороны – жена. Это личное. А Первый в Круге – это государственное… Что скажешь? - в отражении стекла видно, что она улыбается.
- Как Первый в Круге, объявляю себя на это утро просто Зехиром. Я же просил, чтобы ты меня так называла, - разворачивает ее к себе.
- Хорошо, Зехир Первый…
***
Да, страна выбиралась из кризиса. И временно снижение налогов пошло бы ей даже на пользу – Зехир не признать. Конечно, придется немного сократить расходы на двор, но в данный момент благополучие народа важнее.
- Сократить налоги? Зехир, - Нархиз! Вечно он похож на ноющую бабушку! – а на что мы будем содержать двор?
- Сократим на него расходы. Народ важнее… - Зехир задумчиво вертит в руках перо, сидя за небольшим столом.
- Народ! Зехир, твои последние реформы вызывают споры в Круге. Они недовольны…
- Я Первый в Круге! Ты правда думаешь, что я стану активно прислушиваться к мнению этих ноющих стариков, половине которых уже в склеп пора? – Зехир не стеснялся, а говорил все, что думал. При Нархизе можно, он не выдаст. Но эти шады, советники, визири и – кто там еще в Круге? – порядком надоедают!
- Зато ты прислушиваешься к мнению этой темноэльфийской жрицы, твоей жены, которая нашептывает тебе слишком много сладких обещаний. А ей сладкие слова шепчет этот посол, Тэниар! – Нархиз говорит спокойно, но лучше бы он кричал.
- Нархиз! Избавь меня от твоих подозрений. Моя жена мне не изменяет! И что бы ты там о ней не говорил…
- Это не я говорю. Это говорит весь Круг. Ты молод, Зехир, и ты веришь женским словам, как Сайрус верил Надие. Ему с женой повезло, но весь Круг ждет и боится того мига, когда твоя жена подложит тебе в ложе змею.
- Нархиз… Следи за словами! – Зехир сам не заметил, как встал. Почему-то мысль о неверности Илайи казалась ему невыносимой… почему?
- Я только предупредил, о Первый…
- Я Зехир, - процедил маг, спешно выходя из кабинета.
***
Таким возбужденным Илайя Зехира видела впервые. Она сидела в своей комнате и читала книгу по землеописанию Лиги, когда он подошел к ней и возбужденно – другого слова эльфийка не могла подобрать – спросил.
- Скажи мне, Илайя, почему ты держишь в Лиге Тэниара?
Ничего не понимающая жрица выпрямилась в кресле.
- Он посол от Игг-Шайла.
- И твой любовник?
- Что?
Илайя и не знала, что думать. С одной стороны она хотела проверить, здоров ли маг, а с другой – узнать, откуда в его голове такие безумные мысли.
- Круг давно шепчется… - Илайя не дала ему договорить, положив палец на губы.
- Это глупость. Тэниар физически не может быть моим любовником, - что ж, пришло время раскрыть карты, - потому что это Тэнара, моя жрица. Просто она переоделась.
- Что? – теперь уже была очередь Зехира удивляться. С души словно камень свалился, а в голове неистово билась мысль: «Почему это показалось ему столь важным?» Но как? Зехир удивился двум вещам: как он и не заподозрил Тэнару в Тэниаре – и вторая: как ловко Тэнара водила за нос весь совет. Маг рассмеялся, - глупо получилось…
- Да… Я удовлетворила твое любопытство, Зехир? Просто ты мне читать мешал…
- О да, Илайя. Извини за вторжение, - и маг быстро вышел.
***
Неизвестно, сколько сил было потрачено, чтобы создать этот сад – такой прекрасный и спокойный. Он не шел ни в какое сравнение с храмами Малассы, но тоже был красив. В нем хоть иногда можно было найти то, о чем Илайя мечтала – прохладу. В неясной тени низких деревьев эльфийка хоть иногда могла расслабиться, а главное – ее не трогали! Почти не трогали. Иногда она встречала здесь Низарихида, присмиревшего после случая в библиотеке и всячески старающегося угодить жене Первого в Круге. Он мог быть интересным собеседником и внимательным слушателем, с ним было интересно говорить – но не более. Он не мог стать для эльфийки кем-то больше случайного знакомого или собеседника. Илайя это понимала и надеялась, что Низарихид – тоже.
Илайя сидела около небольшого фонтанчика, прикрыв глаза и погрузившись в сладкую полудрему. Облокотившись на множество подушек, она пыталась прислушаться к потокам энергии, хотя и понимала, что это бесполезно: волна Аркан, равно как и другие способности ее расы были невозможны, пока она находилась в Лиге. Что ни говори, а Лига ей домом не стала. Да и не сможет. Илайя пыталась прислушаться хотя бы к ветру: темные эльфы, конечно, не так чувствуют природу, как светлые, но чувствовать дуновения ветра они не разучились. Не разучились…
- Привет!
Илайя открыла глаза. Рядом с ней, облокотившись на изящную спинку скамейки, сидел Низарихид. Ее черные глаза смотрели на нее и смеялись. Он всегда смеялся. Ну и пусть смеется – все равно Илайе нет до этого дела.
- Низарихид?
- О чем задумалась?
- Ни о чем.
- И поэтому сидела, как будто медитировала.
- Я пыталась почувствовать магические потоки Воздуха, - соврала Илайя.
- Забавно, - хмыкнул маг, - и как? Получилось?
- Не очень.
- Тяжело тебе, наверное, без твоих темноэльфийских штучек? – улыбнулся Низарихид, и Илайе захотелось ему врезать. От всей ее темноэльфийской души. - Я всегда чувствовал эти энергии. Просто моя мать – Говорящая с ветром, и я знаю, чего ветер хочет. Хочешь, покажу?
Не знавшая, как тактичнее отказать, Илайя кивнула.
Низарихид молча закрыл глаза и чему-то улыбнулся. Забавно, почему? Илайя же знала, что этот парень неплохой, как знала и то, что он ей совершенно не нужен. Ни в политическом плане, ни… ни в каком. Как и всегда. Илайя пыталась задать себе вопрос, а кто ей нужен. Раньше она ответила бы: Маласса. Затем она ответила бы: Маласса и вождь… Потом этот список расширился. Хотелось бы, чтобы он вновь сузился лишь до Малассы. Но в боях с ней была не только Маласса… Были многие и многие. Эльфийка закрыла глаза, ветер омыл ее лицо своими потоками, и на миг ей показалось, что на ней нет тех ставших уже привычными – но не родными – тряпок, а она вновь надела боевой доспех. Родной и любимый… Как и люди, которых она защищала собой, и кто защищал собой ее. Раилаг, Изабель, Фрида, Дункан, Вульфстен, Зехир… Образы закружили ее. Она смотрела на них, и каждый смотрел на нее. По-своему. Вот Дункан смеется вместе с Вульфстеном, вот Готай и Куджин с укором взираю на нее, Изабель что-то шепчет и ласково улыбается, Вождь серьезен, как всегда, но смотрит с доверием – таким теплым! – а Зехир мягко смотрит. Просто смотрит. А его рука сжимает ее… Она кружится в этом тепле доверия, а затем они расступаются, уступая место Великому Дракону. Медленный взгляд, Дракон моргает и на секунду опускает голову. Принимает или отпускает? Неважно… Это ее Дракон, ее жизнь и кровь, ее смысл.
- Ветер тебя слышит… Он тебя любит, Илайя. Как и многие, - исчезли образы, исчезли глаза, словно их стерли. Но как стереть драгоценные камни? Может, они просто потеряли блеск? Нет! – Как и я.
Эльфийка открыла глаза. Рядом был только Назирихид. Чертов Назирихид! Что там он говорил? Неважно! Илайя закрыла только приоткрывшуюся душу, которую Назирихид успел заметить, от которой у него захватило дух… Эльфийка заменила ее холодным панцирем. Огонек в ее голубых глазах погас, едва вспыхнув, на мгновение словно окрасив их в прежний аметист.
- Прошу прощения, но мне нужно идти, - тонко улыбнулась эльфийка и ушла, оставив молодого мага в полном недоумении.
***
Эльфийка спешила к храму. Маласса, она же ответит! Она не может бросить жрицу в беде! Гулко распахнулась дверь. Неважно, откуда она молится, она молится от чистого сердца!
- … Ибо пути твои ведут нас сквозь тени и направляют нас, ибо Тень вечна здесь и там, смотрит вблизи или же издали… - родные слова пришли в память, словно и не уходили, словно она твердила их вечно, каждый день.
- Илайя…
- О Мать теней! – на колени не опускается – уже на них…
- Не повинуйся… - медленные взмахи крыльев, создающие легкий ветер.
- Что?
- Илайя, я вижу твои мысли, я вижу твое смятение и твою боль… Не пытайся обмануть никого масками, особенно меня. Ты верна мне даже в помыслах, но ты теперь правительница другого народа. Они верят в Сар-Илама, и ты поверь. Ты не сможешь быть хорошей правительницей, если не поймешь их, а ты не поймешь, не приняв их Бога, - слова душили Илайю. Слова ли? Может, что-то иное? Слезы? – Прими Сар-Илама. Он достойный Бог, - Мать теней смотрела добро, понимающе, - не Ургаш, так что не бойся…
***
- И не страшись, Илайя: я не забуду тебя. Ты верная. Одна из самых верных моих последователей, как Туидхана… Прощай… - Зехир замер у входа в храм. Его жена стояла на коленях перед призрачным образом Малассы, произнесшей страшные слова. Зехир понимал, что значит Маласса для Илайи, и понимал, как это больно – отказаться от нее. Поэтому он просто стоял и смотрел. Наблюдал. А хотелось увести Илайю, медленно поднимавшуюся с колен.
- Я поняла, Мать теней. Благодарю за твой совет, - ее голос ломается. Она что, плачет? Она же никогда не плакала! Никогда… Ее ничто и никто не мог сломать… Никогда…
- Прощай… - шепот, от которого по телу пробежала дрожь…
И Илайя медленно поворачивается, замечает мага. Зехир не мог просто стоять, но попытка приблизиться к Илайе провалилась, так как жрица выставила вперед руку, отстраняя его.
- Нет, маг. Не подходи, - Зехир видел, как ее глаза медленно наполняются слезами. Впервые видел. И не знал, что делать. А она стояла и глотала слезы. А они лились, катясь по щекам капая с подбородка на грудь.
И она ушла. Молча, не спрашивая ни разрешения, ничего. Просто ушла. Легкие звезды, есть слово «поздно», или его все же нет? Свежие раны, есть слово «рано», вопрос есть, найдется ль ответ?
***
Еще одна нить…
***
Прошел месяц, и Илайя оправилась от потери. Внешне. Она не начала славить Сар-Илама, она по-прежнему общалась с Тэниаром, хоть и понимала, что это неправильно. Она по-прежнему слышала шепот и ловила на себе чужие взгляды. И улыбалась. Она привыкла улыбаться. Раз надо, значит надо. Она общалась с Тэниаром просто потому, что это было все, что у нее осталось от ее прошлой жизни. Только Тэниар…
***
- Зехир. Есть серьезный разговор, - Нархиз был суров и серьезен, как никогда.
- Да? – Зехир поднял голову от бумаг. Еще что-то. Для него и Илайи и так начались не самые радужные времена.
- Круг и двор шепчется. О твоей жене. Молчи, - Нархиз сделал жест, призывающий не говорить, - я прекрасно знаю, что твоя жена и не думает тебе изменять, но вот другие этого не знают. Они шепчутся о ней. Они уверены, что через жену на тебя влияют иностранные владыки. Они планируют заговор. Отошли Тэниара. Они нацелены не на тебя – на нее и на посла. Отошли посла и возьми жену под стражу. Для нее же.
Вспышка ярости была короткой. После нее нахлынуло холодное понимание. И ужас.
***
Кто-то постучался. Илайя открыла, надеясь увидеть мужа – единственного, кто ее хоть как-то понимал. Но нет… Это был Низарихид…
- Низарихид? Что ты здесь делаешь?
Юноша вошел в ее комнату, стараясь запомнить все. Он понимал, что был лишь орудием в руках заговорщиков, но он думал так же, как и они. Он давно видел этого мерзкого посла, Тэниара. И ненавидел. Он давно видел Илайю. И любил. Он, как и многие, не принимал новую политику Зехира и знал, что это Илайя ему нашептывает. А ей – этот посол. Но его больше волновало другое – неужели Илайя действительно с этим послом? Низарихид понимал, что это гадко, но каждый раз что-то колыхалось в его душе… При мысли о Ней. Заговорщики требовали убить и Ее… но нет. Только его. Посол! Примет ли Она его любовь? Его, Низарихида?
- Светлейшая… У вас есть время?
- Что вам угодно? – Она наклоняет голову и смотрит. С волнением… С любовью?
- Светлейшая… Знали бы Вы, как Ваши глаза жгут мое сердце! – слова были неважны, она поймет… - с тех пор, как я Вас увидел, я думаю только о Вас! Вы выше всех земных оков, и Вы похитили мою душу. Ваши глаза… Они словно океан, а я в нем тону. Каждый день. Вы воин, и пал Вашей жертвой… Вы жрица, а я молюсь на Вас, как на Бога-Дракона… Если Вы примете и поймете, скажите мне! Если вы тоже небезразличны ко мне, скажите мне, сделайте меня самым счастливым человеком в этом мире! Я у Ваших ног, Илайя… У Ваших ног… - на что он надеется? На взаимность? Да…
- Низарихид, - поднял глаза. Она смотрела на него с виной… Все ясно… Значит, нет. Ненависть все сильнее пылала в душе юного мага. Не к Ней – к Тэниару! Если бы не посол, эльфийка была бы его! - Не обманывайтесь… Я темная эльфийка… К тому же, я замужем… и я люблю… - Ее голос был наполнен величием, но магу стало горько…
- Тэниара? Да? – маг срывался на крик, но было плевать. Плевать на все, кроме Нее и той миссии, что на него возложили. Покорный кинжал сам вскальзывает в руку. Плевать на все, кроме стали. В ее голосе, в руке… На все…
- Куда вы? – а она напугана! Нет. Она решилась… Вокруг Низарихида начинает возрастать ледяная стена, но он ее рушит… - Если вы идете убить Тэниара, я вам не позволю!
- Змея… - к кому обращены слова? К ней или к нему?
***
- Спешите! Заговорщики могут действовать хоть сейчас!
Ужас сменился решительностью, и Зехир поспешил в комнату Илайи. Что, если… Маг спешно покрывал расстояние быстрыми шагами, но ему все равно казалось, что он идет слишком медленно. Что, если уже? Нет! Нет!
Из ее комнаты донесся крик: - Тэниара? Да? – с затем какая-то возня… Зехир как во сне видел, как непонятно откуда появившийся Тэниар – или Тэнара - распахивает дверь комнаты Илайи, откуда следом доносится крик, но Зехир не может видеть, что происходит… Из-за Тэнары. Она загородила собой дверной проход, но вскоре она покачнулась и начала оседать. Крик… Все, что мог сделать Зехир – это поймать темную эльфийку-посла с кинжалом, торчащим из груди. Нет… Как же так… Кто?! Юноша поднял голову и увидел Илайю, стоящую с поднятой рукой… и Низарихида в глыбе льда… Рваный выдох, и глаза эльфийки на его руках закатились. Нет… нет… Зехир и раньше видел смерть, но видеть, как кто-то умирает на его руках – это невыносимо… Пальцы залиты кровью… А Илайя сама стоит как статуя и приказывает страже:
- В тюрьму его.
И страшный ответ…
- Госпожа, уже поздно. Он мертв. Замерз насмерть…
Что за день?!
***
Илайя, как всегда, сидит у окна и смотрит куда-то. Невыносимо говорить об этом, но…
- Похороны Тэниара назначены на завтра…
- Хорошо, - сухой ответ. Она всегда пряталась за маской. Прячется и теперь.
- Илайя… Я все понимаю, но… - Зехир садится на кровать, отодвигая в сторону листки бумаги, исписанные государственными проектами.
- Что «но», Зехир? – она держится отстраненно. Хочет – пусть, но все равно…
- Что с тобой происходит последнее время?
- Ты правда хочешь это знать, Зехир?
Кажется, что напряжение в комнате хоть ножом режь…
- Да…
- Тогда слушай… Сколько я здесь живу? Больше полугода… Я честно старалась стать правительницей, но я была вынуждена отказаться от всего, чем я дорожила… От своей магии, от своей веры, от своего Дракона, от дорогих мне существ, в том числе и Тэниара… - последнее слово упало в пустоту, которая с радостью приняла его, - Даже от цвет глаз, - она улыбнулась… едва-едва, - Все, что составляло мою жизнь и меня… И что взамен? Ничего? Я так и не смогла стать достойной правительницей, подобной Надие… Моя жизнь сгорела под палящим солнцем Лиги…
Зехир дернулся было подойти к Илайе, но его внимание привлек небольшой листок, исписанный тонким почерком.
Забрать, отдать — лишь два несложных слова
Как просто все: забрать, отдать, продать
Как старое храня, лететь за новым.
Как трудно извиняться и прощать.

Забрать мы можем все, что ни имели.
Хоть глупо мы твердим, что и не все.
Но можно взять и то, что лишь хотели.
Увидеть и сказать, что все мое.

Мечты, надежды, радости, желанья?
Нельзя забрать? Да можно и легко!
Лишь сделать так, чтоб это мирозданье
Все замерло и на тебе сошлось.

Расчет, простой, до ужаса холодный.
Осталось лишь страницу подписать.
Я подпишу, хоть и это не стоит.
Мою забрал, теперь свою отдай.

В руке давно уже перо застыло,
И над бумагой вновь занесено.
Контракт готов, с тобой мы так решили.
Осталось разобраться лишь с ценой.

Я подпишу, не отступлю, не дрогну,
И подпись на странице — так и знай.
Мы платим жизнью, как платили. Только.
Мою забрал, теперь свою отдай.
- Мою забрал, теперь свою… отдам! – Зехир подошел к Илайе. – Ты отдала мне и Лиге свою жизнь. Примешь ли ты мою в качестве уплаты?
- Если ты готов мне ее отдать… - Илайя словно уронила слова, скрыв чувства, как всегда.
- Готов, - у поцелуя солено-горьковатый вкус… Как и прошлого… Но будущее будет слаще… Для них двоих…

@темы: Зехир, HoMM 5, Илайя, гет, от G до PG-13, фанфик

Комментарии
2013-01-03 в 20:51 

Djulian-of-Amberus
Это смерть, но она будет прекрасна! (с)
Соколенок Дианель,
Это прекрасно! Просто прекрасно!

2013-01-03 в 21:09 

Соколенок Дианель
Если человек уверен, что сделал все правильно, это часто доказывает обратное
Djulian-of-Amberus, :)

И даже ГЕТ С ЗЕХИРОМ :)

2013-01-04 в 08:56 

Сар-Лита
Если в споре с девушкой ты вооружен лишь логикой, фактами и здравым смыслом — у тебя нет шансов.
Да тут дело даже не в гете с Зехиром (хотя гет с Зехиром это, конечно, прекрасно!) - гораздо ценней общая идея фика. Весь этот контраст наций выписать, оборванные нити связей с прошлым...
Круто, короче:) спасибо ещё раз!

   

Asha uses all

главная